Недоразумения
Dec. 15th, 2007 03:42 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
sun_ukoonИногда с виду прочные союзы, в которых совет на любви едет да советом погоняет, рушатся от таких забавных мелочей. И вот пара историй, в которых очень сильно завязаны гостиницы.
Первая история произошла в славном городе Санкт-Петербурге. Одна небольшая, но очень гордая копания стала открывать там филиал. Для нужд перемещаемого персонала, который прибывал в северную столицу вахтовым методом, было снято несколько гостиничных номеров. Названия компании, отеля, равно как и имена действующих лиц, для целей нашего повествования непринципиальны, посему будут опущены.
В одну из вахт прибыла туда милая девушка. Ненадолго, на две недели всего. Внезапно подкралась пятница. И вот вечерней попутной телегой прибывает к ней ейный очень милый друг. Судя по всему, у них там то ли стесненные жилищные условия, то ли у парня еще одна цельная семья в Первопрестольной. Какой лапши он там супруге навешал, неизвестно, но факт тот, что до Питера товарищ добрался.
Когда первый восторг от встречи слегка улегся, и простыни слегка помялись, товарищ зачем-то пошел в шкаф. То ли шмотки положить, то ли еще что. В общем, в шкаф парень зашел, и встретил там пиджак. Платок имени Дездемоны пошива какого-нибудь Брионии. Естественно, немая сцена. Да и для девушки тоже, она сей предмет мужского гардероба видит тоже впервые. Дальше все, как обессмертил своим пером Шекспир, с поправкой на абстрактный гуманизм XXI века.
Чем кончилась сия история для героев, история умалчивает. Возможно, они расстались. А может, пиджак вице-президента (а это именно он его забыл) уже стал элементом их семейного фольклора. Впрочем, со стороны смешно, ну а парня можно понять. Ломился он к своему хрупкому цветку по Николаевской чугунке, а тут – пиджак.
Другой эпизод приключился в разгар триумфального шествия советского кинематографа по советским республикам. Добрался кинематограф до славного города Ташкента и устроил там кинофестиваль. И вот молодая женщина по имени Татьяна (в данном случае, имя принципиально), кандидат в мастера по классу киноискусства оставляет в столице молодого и очень ревнивого супруга, который занимался совсем другим, неважным для повествования спортом, отправляется на фест. С подругой. Кажется. Естественно, Ротелло (Ромео + Отелло) максимально себя обезопасил, спросив телефон прямо в гостиничный номер, и стоило самолету оторваться от земли и взять курс на столицу солнечного Узбекистана, прославившуюся землетрясением, ансамблем «Ялла» и тем самым фестивалем, как парень начал натурально тосковать. Как только наступило расчетное время прибытия любимой супруги в славный готель, любящий супруг сразу схватился за телефон.
К сожалению, дозвонился. На том конце бархатистый кавказский акцент сказал: «Да, дарагой!». Естественно, Наш Ротелло в ахуе, и совершенно упавшим голосом, чтобы только удостовериться, что его супруга все же требует к себе ревнивого отношения, просит позвать к телефону Таню (вот и имечко пригодилось). Радостный кавказский баритон тут же радостно сообщил, что «Таня пошла на туалэт». Занавес.
Акт следующий. Девушка наша на самом деле была вполне себе высокоморальной особой, просто поселили ее с подругой в другой номер. Бывает. Потом было следствие, высокоморальная особа доказывала, что она «нэ ходила на туалэт». Семейное счастье, скорее всего, уцелело, а вот обогатил ли сей случай семейный фольклор – неизвестно.
Первая история произошла в славном городе Санкт-Петербурге. Одна небольшая, но очень гордая копания стала открывать там филиал. Для нужд перемещаемого персонала, который прибывал в северную столицу вахтовым методом, было снято несколько гостиничных номеров. Названия компании, отеля, равно как и имена действующих лиц, для целей нашего повествования непринципиальны, посему будут опущены.
В одну из вахт прибыла туда милая девушка. Ненадолго, на две недели всего. Внезапно подкралась пятница. И вот вечерней попутной телегой прибывает к ней ейный очень милый друг. Судя по всему, у них там то ли стесненные жилищные условия, то ли у парня еще одна цельная семья в Первопрестольной. Какой лапши он там супруге навешал, неизвестно, но факт тот, что до Питера товарищ добрался.
Когда первый восторг от встречи слегка улегся, и простыни слегка помялись, товарищ зачем-то пошел в шкаф. То ли шмотки положить, то ли еще что. В общем, в шкаф парень зашел, и встретил там пиджак. Платок имени Дездемоны пошива какого-нибудь Брионии. Естественно, немая сцена. Да и для девушки тоже, она сей предмет мужского гардероба видит тоже впервые. Дальше все, как обессмертил своим пером Шекспир, с поправкой на абстрактный гуманизм XXI века.
Чем кончилась сия история для героев, история умалчивает. Возможно, они расстались. А может, пиджак вице-президента (а это именно он его забыл) уже стал элементом их семейного фольклора. Впрочем, со стороны смешно, ну а парня можно понять. Ломился он к своему хрупкому цветку по Николаевской чугунке, а тут – пиджак.
Другой эпизод приключился в разгар триумфального шествия советского кинематографа по советским республикам. Добрался кинематограф до славного города Ташкента и устроил там кинофестиваль. И вот молодая женщина по имени Татьяна (в данном случае, имя принципиально), кандидат в мастера по классу киноискусства оставляет в столице молодого и очень ревнивого супруга, который занимался совсем другим, неважным для повествования спортом, отправляется на фест. С подругой. Кажется. Естественно, Ротелло (Ромео + Отелло) максимально себя обезопасил, спросив телефон прямо в гостиничный номер, и стоило самолету оторваться от земли и взять курс на столицу солнечного Узбекистана, прославившуюся землетрясением, ансамблем «Ялла» и тем самым фестивалем, как парень начал натурально тосковать. Как только наступило расчетное время прибытия любимой супруги в славный готель, любящий супруг сразу схватился за телефон.
К сожалению, дозвонился. На том конце бархатистый кавказский акцент сказал: «Да, дарагой!». Естественно, Наш Ротелло в ахуе, и совершенно упавшим голосом, чтобы только удостовериться, что его супруга все же требует к себе ревнивого отношения, просит позвать к телефону Таню (вот и имечко пригодилось). Радостный кавказский баритон тут же радостно сообщил, что «Таня пошла на туалэт». Занавес.
Акт следующий. Девушка наша на самом деле была вполне себе высокоморальной особой, просто поселили ее с подругой в другой номер. Бывает. Потом было следствие, высокоморальная особа доказывала, что она «нэ ходила на туалэт». Семейное счастье, скорее всего, уцелело, а вот обогатил ли сей случай семейный фольклор – неизвестно.
